Цорионова Наталья

Цорионова Наталья

Избранные авторы

Список пуст

В избранных авторов

Список пуст

Произведения автора

Alien

Автор: Цорионова Наталья / Дата: 31.10.2017

Жертвоприношение майя.

Используя высшую магию, жрецы древних майя попали в наше время и совершили ритуал жертвоприношения своему древнему богу. Как только на ступени пирамиды нашего времени вылили жертвенную кровь адепта из золотой ритуальной чаши в завершении ритуала, потерпел крушение современный авиалайнер, разбившись у подножия пирамиды и принеся сотни жертв к ногам древних жрецов и их бога, для которого нет границ времени и пространства. И даже в самом солнце он на мгновение явил свой лик, вкушая жертвенные души, которые не должны были ему принадлежать.

Автор: Цорионова Наталья / Дата: 12.09.2017

Возрождение.

Время разрушило пирамиду, в сумраке которой веками покоилась мумия жены фараона, уже переродившаяся в женщину-правительницу Верхнего и Нижнего Египта(о чем свидетельствует объединенная корона на голове женщины). Она поднимает к взору солнца Ра анкх - символ вечной жизни и трансформации, и частица ее души, привязанная к старому воплощению, к мумии, взмывает из пыльного древнего склепа ввысь, на свободу, и даже Анубис не смеет ее удержать, ибо сама реинкарнировавшая душа в новом воплощении нашла свою древнюю могилу и восстала в полном расцвете на ее вершине.

Автор: Цорионова Наталья / Дата: 12.09.2017

Рулетка фортуны.

На слиянии мира ангелов и мира демонов стоит рулетка, решающая судьбы живущих людей. В центре ее восседает жизнь-фортуна - загадочный и соблазнительный джокер в маске. Ближе к ангелу расположены те, кто не зря проживает жизнь: врачи, летчики, деятели искусства, дети, учителя, космонавты. Ближе к демону те, кто впустую проживает жизнь либо грешны: чревоугодники, самоубийцы, Гитлер, лжепророк. Время от времени ангел и демон по очереди совершают ход: на кого укажет стрелка фортуны, на жизнь того будет больше влиять либо ангел, либо демон, независимо от того, хороший это человек или нет. Демон указательным пальцем указывает на человека, похожего на Иисуса, желая, чтобы стрелка фортуны дала ему влияние над его судьбой.

Автор: Цорионова Наталья / Дата: 12.09.2017

Не потерять.

Тень вчерашнего дня
В новом дне я ловлю,
Вновь теряя себя
Лишь тобою живу.
Кто придумал тебя,
Как затерянный рай?
Об одном лишь прошу-
В завтрашнем дне не исчезай.

Припев:
Не потерять бы мне тебя с закатом дня
И мир, что даришь ты любя.
Я не могу прожить и дня
Без твоих глаз, твоих слов,
Твоих нежных обещаний.
Ты обмани меня сейчас,
Скажи, что нет расставаний.

Не потерять бы нас с тобой с закатом дня.

Каждый вздох твой во мне отзываясь,
Эхом в ветре ночном расстворяясь,
Тихим шепотом укажет мне пути,
По которым в новом дне смогу тебя найти.
В километрах городских дорог
Призрачным путем иду за тобой.
Тону в любви, как раненая птица,
Которая летит, чтобы в пути разбиться.

Автор: Цорионова Наталья / Дата: 12.09.2017

Мне нужен только твой взгляд.

В до последнего слова придуманной жизни
Искал я средство на время забыться
И ,пытаясь найти оправданье,
Даже за воздух не мог зацепиться.

В чьих-то руках обещанием тая,
Я осознал, что тебя потерял я.
И из пальцев моих, как песок,
Ускользнул шанс, что удержать я не смог.

Припев:
Мне нужен только твой взгляд,
Вернуть бы все я рад.
Мне нужен только твой вздох,
Прости, что сразу понять не смог.
Теперь я все узнал...
Увы, я опоздал!
Расстаяв, как туман,
Весь мир с собой ты забрала.


Дождями размыта дорога к тебе,
И лишь в мечтах могу я все начать сначала.
Расстаял след твой в том холодном октябре,
А зима тебя вернуть не обещала.

Может, раньше я жил во лжи,
До тебя я не знал любви.
Весь наш мир - лишь сплошной обман,
Каждый день в нем тебя терял,

Уходил и сжигал мосты,
Говорил, что мечта - не ты.
Не успел тогда я понять,
Как твою любовь легко потерять.



Автор: Цорионова Наталья / Дата: 12.09.2017

Я - самолет.

Чтобы что-то по-настоящему понять, надо это прочувствовать. Я на авиашоу, смотрю, как летают истребители прямо надо мной, слышу грохот реактивных двигателей в небе. Но это все – картинка, словно я смотрю видео на мониторе компьютера. Я не чувствую, что это происходит здесь и сейчас. Я не понимаю, как они летают, я не могу убедиться в реальном существовании этих самолетов. Глаза могут видеть как иллюзии, так и то, чего нет на самом деле, что придумал кинематограф. Я лишь лицезрею относительно быстрое перемещение этих машин в небе, но я не чувствую ни их движения, ни свободу их свободного падения в намеренном пике. Обыватели восторженны быстротой истребителей и тем, как они летят навстречу друг другу и, кажется, в миллиметре от столкновения расходятся. Я ожидала ощутить такой же восторг от этого зрелища, но для меня оно оказалось ничем. Для того, чтобы ощутить эти самолеты как что-то настоящее в моей реальной жизни, мне нужно невозможное: одновременно быть самим самолетом, пилотом, рассекаемым истребителем воздухом и сторонним наблюдателем на высоте и на земле. Кто-то из автолюбителей скажет, что чувствует свою машину. Возможно, ее движение и можно более-менее ощущать, находясь за рулем. Но входя в самолет как пассажир, я чувствую, что лишь сажусь в кресло в большом коридоре, легкий, почти незаметный, подъем и ощущение утомительного ожидания приземления. Лишь во сне можно ощутить что-то похожее на то, что мне хотелось испытать на авиашоу. Однажды мне снилось, что я – самолет. Осень. Пасмурно. Легкая изморось образовывает маленькие лужицы на асфальте. И я-самолет стою на шасси, как рыцарь на пьедестале, как балерина на кончиках пальцев, чувствую огромный размах своих омываемых мелким дождем крыльев как величайшую свободу, носом гордо устремляюсь в свою среду обитания – воздух. В воздухе самолет обретает жизнь и свою сущность, на земле это всего лишь, пусть и состоящий из миллионов деталей, неповоротливый из-за своих габаритов, никчемный кусок металла, стоящий, как техногенная скала. Двигатели ревоплощают самолет в жизнь. Несколько разворотов на рулежной дорожке словно брачный танец грациозной ласточки. И я-самолет делаю это сам, аксиомой инстинкта, не зная и не думая, зачем, да и вообще не догадываясь, что это пилот, о существовании которого я толком и не знаю, управляет мной. Разбег по взлетной полосе, все быстрей, быстрей, шасси шумит, попирая земную твердь, крылья подрагивают, двигатели качают воздух. V 1, абсолютно естественный подъем. Взлет. Словно центрифугу подо мной так быстро вращали, что она не выдержала и, развалившись, сошла с орбиты, высвободив энергию, которая подняла меня в воздух. Словно балерину, соприкасающуюся с землей кончиком пуанта, поднял партнер в воздух, от чего она ощутила подобие невесомости. Я-самолет так сильно разогнался, что алхимией своего движения превратил воздух в твердую субстанцию, на которую возлег как на гребень волны, и как по травалатору восхожу на все более высокие слои. Убрать шасси. Так же безоговорочно, как спрыгнувшему с пирса поджать под себя ноги под водой, чтобы определить, где дно, а где – поверхность. Так же естественно, как дереву сбросить с себя листву осенью как отработавший свое ненужный рудимент. Как змее выползти из своей старой шкуры. Лишь пилот знает, что это необходимо для уменьшения сопротивления воздуха, улучшения обтекаемости судна и увеличения скорости. Разворот в небе. Я чувствую, как моим крылом разрезается встречный ветер, как его раздвоившиеся потоки упруго поддерживают меня при любом маневре. Лишь парашютисты в свободном падении могут ощутить это. Создается впечатление, что не двигатели дают полет, а именно эти воздушные потоки. Но со мной могут поспорить Шаттл и упавшие из-за отказа двигателей самолеты, недопланировавшие до цели. Каждый взлет и каждая посадка для меня-самолета – круговорот жизни и смерти. В воздухе я обретаю свободу движением – жизнь. Лишь пилот знает, что фюзеляж самолета расширяется в воздухе из-за перепадов давления, а на земле сжимается. Замечаю ли я-самолет это? А как часто человек замечает, что дышит, что расширяется его грудная клетка, вбирая в себя кислородистый воздух, и сужается, выпуская отработанный воздух с углекислотами? Почти никогда. Приземление, остановка двигателей и… небытие. Не успеваешь даже подумать, что не успел в своей жизни совершить бочку, пике, переворот и многое из того, о чем поведала пролетающая мимо Сесна. А это должно быть прекрасно. Почему не сделал? Не знаю, обидно, но уже двигатели совершают последние обороты. Это конец. Лишь пилот знает, что такие маневры бессмысленны и фатальны для огромного пассажирского лайнера. Лишь душа человека знает, почему ему не дано то, что есть и хорошо получается у других людей, ведь, возможно, именно для него эти вещи или события обернулись бы фатальностью. А догадывается ли человек о существовании своей души, управляющей его движением по жизни? Или он, как я-самолет, заметил когда-то пилота, входящего внутрь, но даже не задумался, зачем ему это иное существо в нем. Да и мелкое оно какое-то, незначительное. Ведь в мире есть одни только огромные самолеты, которые просто летают так, как захотят сами. Почему-то самолеты по-разному окрашены. Наверное, чтобы просто отличаться друг от друга. Но однажды я-самолет видел, как мимо пролетал такой же, как я, лайнер. Он шел на снижение и очень спешил. Но люди знают, что самолеты по-разному окрашены потому, что принадлежат разным авиакомпаниям, что одни самолеты сконструированы для перевозки только лишь грузов, другие – для путешествия пассажиров, третьи – для военных действий; но люди не знают, что выглядят они сами по-разному и обладают разными талантами потому, что принадлежат разным жизненным целям: обустраивать только свое благополучие и развитие, сопровождать в жизнь своих детей, строить будущее для грядущих поколений, совершать великие открытия. Вновь гул двигателей, новое рождение, я-самолет только что появился на свет, но я знаю, что надо делать, как будто делал это уже тысячу раз. Разбег, скорость…. Но что-то идет не так. Я не знаю, как по идее должны развиваться события, но понимаю, что явно не так. Я спотыкаюсь, наклоняюсь носом вниз, видя то, что давно уже должно было остаться далеко внизу, подо мной, в прошлом, не могу остановиться, не могу взлететь, не могу не спотыкаться. Пилот отчаянно пытается вернуть самолет в нормальное состояние, более сотни жизней под угрозой после пройденного рубежа скорости, после которого уже почти невозможно остановить самолет без вреда для людей, но и взлететь тоже не получается. А я-самолет понимаю лишь, что не получается сделать то, что естественно, а потому безоговорочно – взлететь. Так и человек, впавший в смертельную опасность, не может разобраться в ситуации, а внутри него его дух пытается выправить положение, ведь под угрозой невозможности проявиться находятся в нем сотни будущих поступков и идей, как пассажиры самолета под угрозой смертельной катастрофы. Я-самолет несусь, несусь, не понимая, что происходит, я не могу притормозить, начать снова, впереди какой-то торчащий квадратный предмет с меня высотой, он не уходит, я его задеваю. Дикий грохот, хлопки, яркий красный свет с черными элементами…. И тишина. Рождения больше не будет. Тогда я сразу проснулась. Только во сне я могла понять движение самолета, разумом став им на несколько минут. Но я бодрствую, моя душа во мне, она не может воспарить и слиться с этими прекрасными железными птицами. Но я помню этот бесценный чувственный опыт из сна, я могу возродить его в своем сознании, глядя на фигуры высшего пилотажа, и ощутить это прекрасное и легкое свободное падение самолета, и ужасные перегрузки, испытываемые пилотами. Получается, что легко самолету, то тяжело пилоту. Может ли это значить, что то, что легко и просто для нас, людей, тяжело дается нашим душам?
Автор: Цорионова Наталья / Дата: 12.09.2017

Шарли.

Брэндон уже который час безуспешно пытается заснуть, но навязчивый образ так и давит на сознание. Казалось, с чего бы вдруг ему всем существом вздрагивать от имени Шарли - всего лишь невысокой, хрупкой девушки? Но как же наотмашь бьет по сознанию звук ее человеческого голоса, до чего же невыносимо вспоминать, как совсем недавно смотрел в ее полные нежности наивные глаза, которые словно упрекали Брендона в том, как же далеко он зашел в бегстве от самого себя, от своих ошибок.

Сколько сцен предательства доверившихся женщин в одночасье раскрылось перед его глазами, кровь друзей вьелась в кожу и не смывается с рук. И это все во время затмения богов, когда никто не видит рядом идущего, стремясь сохранить то, что обеспечивает временное удобство. А Шарли...Среди всего этого она словно потерянная истина, которая напоминает...Что? Что Брэндон тоже когда-то был человеком.

Везде Шарли оставила свои следы. На столе наполовину пустая чашка каппучино, которую уже некому допить. Любую вещь в доме легко найти - все лежит там, где в первую очередь станешь искать. Смятая постель еще хранит тонкий аромат ее тела.

Шарли, ты сейчас позвонишь в дверь. Сейчас...через минуту... Но окна предательски пропустили лишь гудок машины - последнее, что слышала Шарли.

Брэндон хотел закричать от отчаяния, но что теперь значат слова " прости, я не должен был говорить тебе, что хочу быть один..."? Могильный крест...Даже самый сильный порыв души не добавит Шарли даже минуту жизни. Одну минуту, чтобы успеть сказать самые нежные, теплые слова, сделать эту девочку счастливой, поблагодарить ее за безграничные терпение и преданность, подарить весь этот необъятный мир.....и отпустить это милое, очаровательное создание в ледяную бездну небытия.

Рассвет...Брэндон стоит около могилы. "Шарли, ты обижалась, что я никогда не дарил тебе цветы. Это твои любимые белые розы...они так похожи на тебя...", - прошептал он, кладя букет на холодный камень.

Ливень бьет в лицо Брэндона, каждая капля пулей грозит прострелить беззащитные цветы Шарли, но почему-то неизменно скатывается по изгибам их лепестков. "Так странно, что нежность этих цветов создана не для того, чтобы дарить радость, а для того лишь, чтобы ливень, соприкасаясь с ними, ослаблял свой разрушительный натиск. Так и ты, Шарли, всегда умела остановить меня", - подумал Брэндон, уходя назад, в опустевший дом.

Автор: Цорионова Наталья / Дата: 12.09.2017

Ты для меня - всё.

Ты для меня – всё. Поезда, скользящие по железнодорожным путям в ночи, самолеты, летящие над Лобней из аэропорта Шереметьево, иномарки, обгоняющие ветер ночных пустынных дорог, огни мегаполиса, мужчина из самых светлых снов. Твое имя, Игорь, эхо из далеких эпох, с сотворения мира. Ты – незабываемый сон, который изменчиво и каждый раз по-новому накрывает меня, едва я задремлю. Ты – экстренный запас кислорода, религия в хаосе, представление о небе в подземных лагерях. Хочется носиком зарыться тебе в волосы, шебуршить их своим дыханием, изредка, словно бы украдкой, полуприкосновением губ целовать твою шейку и шептать тихо-тихо, чтобы ты не услышал: « Я тебя люблю…», прикрывая глаза, как будто молясь на тебя и за тебя, нежно, как летний ветер, обнимать твои плечи, прижиматься к твоей спинке, грея твое тело под теплым свитером. Все, что есть в этом мире, все, что я могу представить – все это здесь, в твоих руках, в твоих глазах. Я хочу, чтобы ты был всегда таким, каким я тебя знаю: человеком-пощечиной, мысли о котором – уже преступление; богом, весь мир держащим на ладони, небритым и капризным, непреодолимо красивым, оставляющим последние аргументы за собой. Ты светишься среди других, как искра во мраке, гарантируя, что мир перевернется и никогда уже не будет таким, как прежде. А где-то в глубине твоих глаз, покрытых пеленой минувших лет, горит твоя душа, которая всех притягивает к себе. И я хочу, чтобы жизнь подарила тебе каждое мгновение себя, то, что ты не знал или просто не замечал, а также небо, что купает звездный свет в потоках ночного ветра, маленький рай на кокосовом побережье, где светит самое большое солнце, возможность познакомиться с самим собой, со своим внутренним миром, на заснеженных пиках горных хребтов с самими панорамными и чудесными пейзажами. Этот мир – он не мой и не твой. Он просто где-то есть. И я заберу туда тебя на один день, чтобы ты отдохнул и ни о чем не думал.

Автор: Цорионова Наталья / Дата: 12.09.2017

Об авторе

Произведений: 22
Получено рецензий: 1
Написано рецензий: 0
Читателей: 6